Но эхо одной из самых чудовищных катастроф ХХ века до сих пор откликается в сердцах тех, кто побывал на ликвидации последствий аварии, а это более 600 тысяч человек. Один из них —Александр Николаевич Куц, который на всю жизнь запомнил, как это было.
26 апреля 1986 года —обычный выходной день, суббота. Время весенне-полевых работ и большинство людей трудилось на земле. Жизнь шла своим чередом, ничего не предвещало беды. Но в эту ночь на четвертом энергоблоке Чернобыльской атомной станции произошел мощный взрыв, который навсегда разделил жизнь многих на «до» и «после». В результате аварии в атмосферу было выброшено огромное количество радионуклидов, загрязнивших территории многих стран, но больше всего пострадала Беларусь.
— С 1983 года я работал водителем в сельхозхимии. Когда произошла трагедия и что случилось на самом деле, мы долго ничего не знали. В Советском Союзе была совсем другая идеология и полный информационный вакуум. По телевидению передавали скупые сводки и общую картинку, чтобы не создавать панику. А насколько это было ужасно, мы узнали только спустя три месяца, — с болью в сердце вспоминает Александр Николаевич. — Меня с моим напарником, Василием Фоменюком, в августе командировали на 10 дней в Гомельскую область, Наровлянский район, деревни Антоновка и Грушевка для известкования кислых почв. Это были плодородные земли, но чтобы уменьшить воздействие радиоактивных веществ на почву и на культуры, мы занимались их нейтрализацией путем добавления доломитовой муки, мела, извести. Такая процедура устраняла токсичность, обогащала почву кальцием и магнием, а также улучшала питание растений.
Это была не зона отчуждения, наши ликвидаторы работали далеко от эпицентра взрыва реактора. Тем не менее, это было также пострадавшее место, где допустимый уровень радиации, особенно в почвах, был увеличен в разы. На дорогах везде были блокпосты, на обочинах предупреждающие знаки «Радиоактивная опасность». Из средств индивидуальной защиты выдавали только респираторы. В конце рабочей недели производилась полная дезинфекция автомобилей и одежды. Тогда еще никто не знал, какое облучение он мог получить и какие могли быть последствия для организма.
— Мы ездили три года подряд и, к счастью, все обошлось. Организм был молодой, крепкий — видимо справился. Хотя многие наши знакомые ликвидаторы, которые работали непосредственно вблизи взрыва, давно ушли из жизни. После первой поездки в 1986 году нам сразу выдали удостоверения ликвидатора и нагрудный знак со всеми полагающимися льготами, поставили на учет. Медики постоянно проверяли, консультировали, и мы старались выполнять все предписания. Но все-таки спустя 32 года я перенес операцию, — рассказывает ликвидатор. — Сейчас все в порядке, уже 25 лет работаю водителем в райгазе, а общий стаж «за баранкой» 45 лет. Надеюсь, что все плохое уже позади, остались только тяжелые воспоминания…
Многие факты Чернобыльской катастрофы годами находились под грифом «секретно». И только спустя десятилетия, через открытые источники, документальные и художественные фильмы люди узнали истинную картину произошедшего и реальные масштабы трагедии. В результате аварии радиоактивное загрязнение в разной степени затронуло территорию Беларуси. В зоне загрязнения оказалось 3678 населенных пунктов, в которых проживали 2,2 млн человек, из них 479 поселений полностью прекратили существование. С пострадавших от чернобыльской катастрофы территорий были отселены более 130 тысяч человек.
Проходят годы, но щемящее чувство огромных потерь и человеческой трагедии остаются в памяти навсегда. И сегодня особенно важно знать и помнить, что мир вокруг нас нежный и хрупкий, и беречь его надо здесь и сейчас. Чтобы завтра не было поздно…
Ирина Велесевич Фото автора и
из архива Александра Куца